- Вам нужно отдохнуть... Сколько вы уже не спали? И ваша нога... А тут еще я со своими глупыми вопросами... - сказала Эмили, и Лестрейндж почувствовал теплые пальцы на своей руке. Темный ангел на белом снегу рядом с Джокером Терзаемым - картина, достойная твоей кисти, дьявольский художник! если бы ты только мог это увидеть. Родольфус улыбнулся, превознемогая боль. О нем самом уже слишком давно никто не беспокоился, и такая реакция ученицы была приятна.
- Ничего страшного, Эмили, со мной все нормально. Из-за ноги я все равно не смог бы отдохнуть. Это еще один закон бойца - если больно - терпи, если боль обещает быть долгой, то попытайся ее преодолеть. Он всегда так говорил. - Родольфус встал и подал Эмили руку, помогая встать.  - В дальнем конце сада есть бренные останки беседки. И, кажется, скамья должна была там остаться. Как бы сейчас, наверное, смеялись члены Ордена Феникса и весь аврорат, если бы увидели Родольфуса Лестрейнджа, который ходит с тростью, вообще иметь возможность ходить. А ваши вопросы, мисс Блэк, вовсе не дурацкие. И я готов отвечать и дальше. - Руди полностью справился с болью и жестом, более подходящим для бальной залы, а не для заснеженного сада, подал Эмили локоть, предлагая ей весьма неустойчивую, но поддержку.  - Прошу вас, мисс Блэк, - легкий поклон и улыбка Джокера Светского, рыжие волосы, падающие на лицо, и веселый взгляд серых глаз. О, дьявольский живописец, ты пропустил такой момент для очередного Шедевра!

- Родольфус.... мистер Лестрейндж, вы хорошо знали Гелерта Гриндевальда? Насколько я поняла... Не могли бы вы рассказать о нем...
- Интересно же, откуда вы узнали о человеке, имя которого не знают и многие Пожиратели Смерти? - вопрос на вопрос, но Руди был доволен тем, что Эмили правильно интерпретировала подсказку, но пока не подал вида, что она на верном пути.
- Он ведь содержится в тюрьме Нумергард?
- Вы абсолютно правы, он сейчас именно там, точнее, он был там... около 16 лет назад. Что было потом - история. Я был знаком с ним, но не знал его. Он никогда и ничего не говорил о себе.  - ложь во спасение. Про Геллерта Гриндевальда Родольфус знал несколько больше, чем стоило. Но о визите в Нумергард не знал даже Лорд, не терпевший Гриндевальда. И Эмили тоже должна дойти до этого сама, хотя касательно зеркала есть запасная теория, которая тоже выглядит весьма правдоподобной, потому что таковой и является. Лестрейндж покосился на ученицу и незаметно улыбнулся сам себе. Она была достаточно жесткой, чтобы не стать марионеткой в игре, но в ней не было жестокости, такой привычной в Вальпургиевых Рыцарях. Родольфус на секунду закрыл глаза, потому что боль в ноге резанула с новой силой. Он весь напрягся, стараясь снова не оступиться. На этот раз координация не подвела. Холодный ветер снова поднялся, продувая тонкую рубашку и не особо теплый костюм.

- Вы проницательны, мисс Блэк, - засмеявшись, сказал Родольфус, жестом показав Эмили, чтобы она оделась обратно.  - Известных волшебников со столь редким именем больше нет, но я очень мало знаю про Гриндевальда. А при Лорде лучше вообще не упоминать эту фамилию - это вам к сведению, Эмили. Меня еще на свете не было, когда состоялась эта битва, а уже при мне все свидетельства существования Геллерта были уничтожены. Его имя пытались стереть из магической истории, как и имена его предшественников. И почему же вы решили, что я знаю про него больше?

- А вы знаете, что интуиция - одно из сильнейших чувств. Но иногда оно может обманывать. Это именно тот случай. Я прочитал все, о чем знали, и однажды видел его, но больше ничего.  - Руди отчужденным голосом произнес эти слова.Лжец, лжец, лжец. Сам обещал рассказать, но теперь врешь, как первокурсник, не написавший эссе Слизнорту. Прости меня, Геллерт... . Нога продолжала ныть. Родольфус в этот был похож на байронического героя, пытающегося отгородиться от окружающего мира мнимой свободой. Они дошли до скамейки, и он медленно опустился на холодное дерево,  - О, Мерлин, я чувствую себя столетней развалиной. - Лестрейндж засмеялся

- Мисс Блэк, зачем вам это знать?  - Джокер Насмешливый сменился Серым Кардиналом, каковым Родольфус и являлся по сути своей. Человек, окутавший себя паутиной тайн. Услышав слова про семикурсников, он опять засмеялся.
- Вы мне льстите, Эмили. На седьмом курсе я был моложе, красивее и трость была лишь аксессуаром, а не жизненной необходимостью, как сейчас. Я спокойно бегал на квиддичных тренировках, а не таскался, как флоббер-червь. А про то, пройдет ли это ранение, я не знаю. Сложно лечить неизвестные тебе заклятия, а уж когда их несколько...

Лестрейндж ухмыльнулся, поражаясь сходству Эмили со всеми известными ему Блэками. Он поднялся и встал за спиной у Эмили, положив свободную руку ей на плечо. Рыжая прядь упала на темную мантию.
- Ваша мать, думается мне, плохо разбирается в той области медицины, которая связана с редкими фамильными проклятьями, смешивающимися с парой-тройкой других заклинаний. Надеюсь, что Розье сейчас пытается понять, как мне помочь, а не просто валяется на кровати, пытаясь прийти в себя. С целительством у него всегда было лучше, чем у меня. С французскими проклятиями, кстати, тоже. И, кстати, я не обещал вам ответов на абсолютно все вопросы,  лишь на те, которые с вопросом этим связаны по существу. Всего вам знать не надо - слишком опасно. Если оставить тему Геллерта Гриндевальда, то есть ли у вас еще какие-то вопросы?

Отредактировано Rodolphus Lestrange (2010-02-20 22:12:36)

- А кто сказал вам, что все будет легко, мисс Блэк? Ах да, кстати, вы не могли бы несколько ослабить давление на мои руки, а то я даже палочку держать не смогу, - Лестрейндж вернулся к своему излюбленному салонному ехидству. Холод сказывался - Родольфус достал платок еще до того момента, когда подступил кашель. Кровь на белом платке была следствием болезни, подхваченной еще в Азкабане. Закончив кашлять, Руди спешно спрятал платок в карман жилета, чтобы Эмили не заметила кровь.  - Мы - одна команда, но есть информация, которую каждый должен найти сам. Этот символ и его трактовка - один из таких вопросов. И, кстати, Эмили, какой у вас Патронус?

-Хм, феникс.... тогда все понятно, - сказал Лестрейндж, углубляясь в собственные мысли. Он проигнорировал последующие реплики, устало полузакрыл глаза и оперся на трость, оставаясь стоять на месте и смотря вдаль. Снова начался приступ кашля. Фигура Эмили удалялась по направлению к замку. Рыжий Джокер устало опустился на скамью, обессиленный болью в ноге и легких. Мальчишеское упрямство и желание одиночества не давало ему аппарировать в кабинет. Он опустил голову, волосы упали на лицо, почти полностью его скрыв. Глобальное чувство одиночества
-Простите меня, Геллерт, я не мог выдать н... - новый приступ кашля прервал тихий шепот Руди.

-А вот и маленькая заноза со своим ненаглядным мальчиком в очках. если желаете уединиться, то лучше не делать это здесь. Это место уже переполнено подвигами, а Родди ох как не любит, когда кто-то появляется на его территории, -бестелесный голос наконец обрел своего владельца. Розье, окруженный чуть заметным свечением ухмыльнулся в тени дерева. Великолепный некромант, способный на самые безумные вещи, кто же ты? Призрак? Или реальный человек?
- А теперь, моя милая девчонка, мы немного поиграем. А то мне так скучно стоять и смотреть на эти слезливые сцены, - Розье выхватил палочку, со свистящим звуком очертил четкую линию в воздухе, - Авада Кедавра! - и домовик упал замертво. Розбе поднял золотистую бровь и улыбнулся, - А теперь настало время настоящих испытаний, детишки, Круцио! - заклинание Эвана было невероятной силы. Ему невозможно было противиться. Крик Джинни разрезал ночной воздух, - Ступефай! Силенцио! - пара заклинаний попала в Поттера, который мгновенно рухнул на землю без слов.
Эван Розье улыбался. Эвану Розье было хорошо.